Золотые годы ч. 10 Самсон

 Мечтать - полезное занятие, к тому же еще и приятное. Помню, в школе, в четвертом классе, захотелось нам создать хоккейную команду. Многие клюшку в руках не держали ни разу, а некоторые и на коньках не катались. Это не казалось помехой. На переменах обсуждали название команды, придумывали эмблему, уже видели себя на льду, где мы, ослепительно красивые, побеждаем всех подряд. Тогда же распределили роли. Самые шустрые застолбили себе места нападающих, более медлительных определили в защитники, а мне выделили ответственный пост на воротах. Сами в душе понимали, что дальше мечтаний и болтовни ничего не пойдет, но не хотелось расставаться с прекрасным. Нас объединяла мечта.

 - Качать вратаря! - призвал один из нас.

Меня схватили и несколько раз подбросили вверх. Не скрою, приятно.
А потом перекачали всех по очереди и никого не забыли. На том идея и увяла.

 Мечтают все, возраст значения не имеет. У взрослых - свои мечты.
Однажды в весеннюю пору на утренней конференции профессор встретил нас щедрой улыбкой. Доцент Николай Антонович еще не знал, что она означала, но тоже заулыбался. Мы расселись в маленьком конференц-зале. За окнами светило солнышко, капельки сверкая падали с сосулек на крыше. Улыбались все, даже закончившие смену дежурные, которые проработали без устали ночь напролет.

Профессор попросил побыстрее доложить о проделанном на дежурстве и после их доклада взял слово:

 - Вот что, братцы. У меня для вас есть важная новость. Наша клиника - одна из лучших в городе. Еще бы, какие силы работают! - произнес он и скромно потупил взор. - До какой поры мы будем просто называться Первой и Второй хирургией? Пора нам замахнуться на...

 - Вильяма нашего Шекспира, - тихо шепнул соседу ассистент Юрий Анатольевич, большой шутник и насмешник.
 
Юру услышали и как-то внезапно по рядам прошел кашель.

 - Так вот, черти мои, - продолжал профессор. - Вместо обычных отделений пусть будут у нас городские специализированные центры! Я все продумал. Первая хирургия должна стать центром хирургии печени и желчных путей. Николай Сергеевич, и вы тоже продумайте, напишите свои соображения.

Заведующий Первой хирургией сделал серьезное лицо и стал рассматривать окно.

 - А насчет Второй хирургии я уже прямо поставил вопрос в Горздраве, там откроем Городской Проктологический Центр. С нашим-то огромным опытом, кому же еще, если не нам, браться за это!

Заведующий Второй хирургией прикрыл лицо ладошкой и сделал вид, что чихнул.

 Конференция закончилась и оставила повод для разговоров. Мы пошли из зала в ординаторскую. В коридоре навстречу друг другу санитарки катили тележки с грязным бельем. Одна вышла из первой хирургии, и сверху в куче лежала простыня, испачканная желчью. А другая санитарка вышла из второй хирургии. Конечно же, у нее кучу белья венчала простыня, измазанная дерьмом. Мы увидели это, захохотали. Вторая санитарка злобно огрызнулась:

 - Им смешно, а  мне - говна таскать, - сказала и плюнула.

 Днем один  благодарный пациент выписываясь подарил нам коробку конфет. На ней во всем блеске красовался главный петергофский фонтан "Самсон", золотой, на фоне Большого Каскада и брызг. Коробка лежала на столе. Юра появился в ординаторской, посмотрел на коробку, потом подошел к телефону, сделал пару звонков, но взгляд от коробки не отрывал. Покончив с телефоном, он вновь приблизился к столу и взял коробку в руки.

 - Пора бы уже нам чай пить! - воскликнул он.
 - Юрасик, тебе не кажется, что еще рановато, не всем же нечего делать, родной мой! - пыталась осадить его пыл Галина Витальевна.
 - Ладно, не хотите - не надо. Мне коробка нужна.
 - Зачем?
 - Для проктологического центра.
 - Что?
 - Потом покажу, - сказал Юрий Анатольевич, вскрыл ее, пересыпал конфеты в тарелку, а сам с коробкой уселся за столик в углу.

 Юрий Анатольевич сидел, смотрел на нее, вертел в руках, думал. Внезапно он встал, вышел из комнаты  и скоро вернулся со скальпелем в руке. Все уже забыли про свои дела и смотрели на него. А Юра начал аккуратно скальпелем вырезать из картинки льва. Он делал это очень медленно, сосредоточенно. Когда лев был извлечен, Юра повернул его на сто восемьдесят градусов головой вниз. Тут же прикрыл все руками, велел позвать заведующего второй хирургией и вообще всех.

Народ собрался вокруг Юры. Тот торжественно объявил:

 - Раз уж мы теперь - Ленинградский Проктологический Центр, то я придумал эмблему. Нас должны узнавать во всем мире.

 И он показал свое творение. Библейский богатырь Самсон разрывал злому льву  анус вместо пасти, а мощный фонтан теперь взмывал в небо прямо оттуда.

Все планы преобразований ограничились разговорами на один день.
 
 А я теперь живу в краю, где Самсон совершал свои подвиги. Есть и могила Самсона. Мы там бывали, и  мне всякий раз перед ним неловко, будто я участвовал в заговоре. Мало ему при жизни гадили, так еще и через тысячи лет после гибели герою досталось унижений.

продолжение http://www.proza.ru/2015/10/03/1538


Рецензии
Медицинский юмор специфичен. Но как он жизнь разнообразит! )
Вдохновения Вам, Сергей. С глубоким уважением,

Марина Клименченко   12.05.2018 06:10     Заявить о нарушении
Да, юмор наш специфичен, это точно. Выплескивать его на публику надо осторожно. Старался, но уверен, что многих покоробило. Приятно было узнать, что Вы его оценили. Спасибо.
Всего Вам самого доброго.

Сергей Левин 2   12.05.2018 09:01   Заявить о нарушении
На это произведение написано 6 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.