Гость из Москвы

Дело было пару лет назад. Я не заметил, как в операционную зашли двое, пока не услышал за спиной тихую беседу на английском. Один из голосов принадлежал нашей врачихе, которая возглавляет подразделение обследования и хирургии молочной железы. Если учесть пугающую статистику рака груди, множество инноваций в этой сфере, внимание масс-медиа и огромный общественный интерес, ее должность выходит далеко за рамки медико-административные, становясь чуть ли не политической. Есть такая странная особенность у некоторых специальностей. К примеру - наш профессор-гинеколог, красивый статный человек, наделенный удивительного тембра баритоном, умеющий говорить и убеждать. Если он лишь произносит слова "Здоровье Женщины", воздымая вверх ухоженный длинный палец, то публика замирает и словно видит сохраненное будущее народа, осеняемое крылами этого ангела-спасителя. Разве такое сравнится с тем, чем скромно занимаемся мы? Зря я иронизирую, он хороший человек и виртуозно руководит всеми своими подразделениями.

Видите, отвлекся. Итак, она привела сегодня в операционную очередного гостя. К нам приезжают посмотреть и познакомиться. Если должность, как было упомянуто, политическая, то происходят официальные и рабочие визиты, переговоры. Не отвлекаясь  прислушался к их беседе. По очень легкому акценту гостя легко угадал в нем русскоговорящего. Это совсем не сложно.

Судя по тому, что на каждый упомянутый аппарат, методику,  материал, статью, даже самые новые, он отзывался как на давно ему знакомые, я предположил, что наш сегодняшний гость прилетел из Москвы.

- Сергей, позволь тебя отвлечь на секунду, - обратилась докторша ко мне. - Хочу представить, у нас сегодня хирург из Москвы.
- Догадался.

Она проделала необходимую церемонию и мы обменялись взглядами сквозь очки и улыбками сквозь маски. По понятным причинам рукопожатия отложили на потом. Докторша, сияя взором, сказала, что мне предстоит по ходу операции показать, как пользуемся тем и этим, а заодно рассказать обо всем, вошедшем в нашу практику за последние годы.


- Ну, тебе же это легче сделать! - промурлыкала она и исчезла.
- Не посрамлю! - успел я послать вдогонку.

Операция приближалась к завершению. Я старался поддержать разговор. Мы сразу перешли на русский, потому что из оставшихся в операционной его не понимала только больная под наркозом. Вопросов больше оказалось у меня. Интересно, как работают, как организовано, что применяют. Он охотно рассказывал. Я попутно показывал, как пользуемся тем или иным прибором, чем шьем. Ничего нового для себя наш гость не увидел. Ну и ладно. Мы тоже бываем хороши по части самообожания и самовосхвалений, грешны. А поговорить коллегам всегда есть о чем. Мы продолжили беседу. Oперация вскоре закончилась. Узнав, что следующая - тоже по поводу рака груди, он захотел и на нее остаться со мной. Милости просим!

В оперблоке есть место, где можно отдохнуть, попить чай-кофе, перекусить. Называется в дословном переводе "Комната питья". В повседневности перевод нам не нужен, привычно оставляем на иврите, как  и многое, прочно въевшееся в нашу речь.  От этого язык становится неконтролируемо-смешанным. Могу себе представить, как  раздражает непривычное ухо. А я люблю русский язык, очень люблю. Но это другая тема, здесь не о том разговор. Общаясь с гостем, делал над собой усилие ничего инородного в русский язык не вкраплять. В порыве такого усилия обнаружил, что "Комната питья" - это дословно, но звучит коряво. А как еще можно, "Питейная комната"? Так могут подумать про нас нехорошее, особенно пациенты и их родственники.  Самое смешное: я и по сегодняшний день удачного перевода не придумал.

Больную в сопровождении анестезиолога увезли в послеоперационную, точнее, в посленаркозную палату. Ее название на иврите звучит немножко длинно и образовано от глагола, означающего не просто пробуждение, а именно очухивание от чего-то тяжкого, и заодно протрезвления, просветления в голове. Когда я пытался израильтянам объяснить, что такое вытрезвитель, то получилось "Дом пробуждения (просветления, очухивания...)", употребив то же производное от глагола слово. И меня поняли.


Я предложил гостю в перерыве испить чаю или кофе. Вообще-то на работе уже давно  не ем и не пью. Но привычки привычками, а законы гостеприимства требуют их порой нарушить. Мы уселись с чашками за стол в "Питейной", к тому времени и наш анестезиолог Вадим присоединился к нам. Комната большая, люди входили-выходили, болтали, пили, ели, оставляли записи в операционных журналах. Мы с Вадимом рассказывали гостю об устройстве нашей больницы, он рассказывал о московской клинике. Нам оставалось еще примерно с четверть часа ожидания.

В какой-то момент напротив уселся с чашкой кофе санитар Луис, любопытный человек с лукавым взором, знающий все про всех, заботливый отец большого семейства. Он приехал в свое время из Колумбии. Луис увидел новое лицо в операционной, тут же поинтересовался, что за гость, откуда, зачем и так далее. Мы  их представили друг другу. Луис неплохо говорит по-английски. Он сидел и смотрел на нашу троицу своими хитрыми глазами.

- Так, значит, из Москвы, хирург? Приехал в нашу страну? -  Луис немного скандировал и замедлял слова, а я вспомнил Леонова в "Осеннем марафоне". Если учесть, что сидели в "Питейной", лучше бы сходство не продолжалось.

Впрочем, чего я испугался, это же Луис, мы на работе, опасности нет.

- И как, нравится у нас? - спросил он задорно, но глаза становились еще хитрее,- Можно везде по-русски говорить, где еще так?
- О, да, конечно, замечательно, - отвечал наш гость.
- Еще бы, - продолжал Луис, а взгляд вдруг посерьезнел на мгновение. -  Вот рядом с тобой доктор ЛевИн, он из Санкт-Петербурга.
- Да-да, - сквозь дипломатическую улыбку отвечал гость и не понимал, к чему клонит собеседник.
- А рядом с ним доктор Кобылянский, анестезиолог, он из Киева.
- Очень, очень приятно.
- А они сидят, болтают и чаи распивают, друг на друга не набрасываются, вот как!

 Луис весело засмеялся.

Наш гость тоже пуще прежнего заулыбался. Вадим горько усмехнулся.
 А теперь объясните, почему мне, живущему здесь много лет, сделалось так стыдно и противно?

2016


Рецензии
Хорошего дня, Сергей. Далекие от работы мысли вызвал у Вас гость из Москвы.
Совестливому человеку бывает стыдно за чужие подлости...
С уважением


Марина Клименченко   14.08.2017 14:33     Заявить о нарушении
Спасибо за понимание!

Сергей Левин 2   14.08.2017 20:53   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 22 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.