Перекресток Правды...

                      Честно говоря, улица 25 Октября с Правдой скорее не пересекалась. Она просто переходила в Правду. На этом небольшом переходе, перекрестке, называйте, как вздумается, располагались дома, где нам повезло прожить один из самых, самых, самых отрезков жизни...    

                      Двор у нас сложился на редкость удачным. К  первой пятиэтажке, построенной ещё в 1965 году, за пару лет добавились три таких же, одна-параллельная, и две-перпендикулярных. Так получилось особое светлое Пространство, заливаемое тёплым тираспольским солнцем и улыбками дружелюбных соседей - наш любимый ДВОР. В новые квартиры вселилось энергичное и радостное племя дорогих родителей, которым было-то , всего-ничего, -  от  тридцати до сорока. Водители автомашин "Мебель" , выстроившихся  у свежевыкрашенных подъездов, постоянно переругивались из-за очереди на разгрузку бесконечных почти одинаковых мебельных "Стенок", полированных по последней моде. В квартиры заносилось множество столов,стульев и прочих гарнитуров. В дома десятками в день въезжали важные телевизоры, пылесосы, холодильники и сифоны для газированной воды.
                       У пунктов заправки этих стеклянных, пузато-алюминиевых, розово-голубых и серо-буро-малиновых сифонов,  особенно перед праздниками, выстраивались громадные очереди.
                       Меня с Юркой Слободенюком это очень даже устраивало.Мы старались попочаще пристраиваться в компанию к Марику Шору, долговязому умнику из первого подъезда, учившемуся в самой престижной  английской школе №6. Остряки, иногда, называли ее палатой № 6. Марику льстило то жадное внимание, с которым мы каждый день справлялись о  дне следующего пополнения его домашних запасов газировки. Секрет заключался в простом: Марик Шор был феноменальным рассказчиком фантастических рассказов. Он прекрасно, практически один к одному, запоминал и великолепно рассказывал нам все, что проглатывал за последние несколько дней. Зачастую, из-за его интонационных артистических способностей,  рассказы, озвученные им, впечатляли гораздо  больше самого оригинала. Мы восхищались Ведой Конг и Дар Ветром, героями Гарри Гаррисона, Рэя Брэдбери и "Понедельника , который начинался в субботу"... Нам страстно хотелось, чтобы очередь на заправку двигалась как можно медленнее. Бывало, что приходя домой, мы выискивали дополнительные сифоны, вновь и вновь отправляясь за бесценной порцией удивительного Будущего, щедро доставляемого Мариком из блистающих книжных миров...
                        Конечно, я и сам активно потреблял великое множество печатной продукции, начиная от маленькой школьной библиотеки, где наша добрая Серафима Михайловна , таинственно улыбаясь, заботливо подбирала очередные книги в соответствии с нашими интересами. Однако, в Тирасполе, наряду со школьными, вовсю процветала большая городская библиотека, где самым востребованными жанрами того времени были приключения и фантастика. Дотошные библиотекарши требовали от нас на одну книжку фантастики брать домой и прочитывать не менее двух научно-популярных.
                        При обмене книг, они изощренно выпытывали подробности и часто разоблачали хитрецов, не желавших, например, читать "Занимательную физику" Перельмана. Я и очень-очень многие наши ребята, что называется  " по гроб жизни" , благодарны тем незаметным женщинам, помогавшим узнать побольше об удивительном мире, окружавшем и обнимавшем нас...
                        Во дворе нас - пацанов одного возраста, было десятка полтора. Мы все многому учились друг у друга, перенимая все хорошее и не очень...Каждое воскресенье после легендарной радиопередачи Виктора Татарского "Запишите на Ваши магнитофоны", начинавшейся в 14-05, мы азартно обсуждали новые хиты Битлз, Роллингов и Криденсов... Сашка Кинер выносил гитару и пробовал наигрывать интересные пассажи. Он первым из нас научился музицировать и даже начал подрабатывать музыкантом на различных торжествах, что сильно добавляло ему авторитета в нашей мальчишеской среде. Сигареты « Кинг», которыми он нас угостил впервые , пахли так ароматно,как могут, наверное, благоухать только прерии в далеких далеких странах. Юра Слободенюк был для нас - Пан Спортсмен. Он не только совершал ежедневные многокилометровые пробежки, но и часами выматывал себя на тренировках по гребле, бывало, приходя зимой абсолютно мокрым после очередного переворачивания лодки. Он освоил тогда и польский язык, чтобы переводить книжки по каратэ и йоге, часто показывая нам немыслимые позы и заставлял бить себе в живот ногами и кулаками. Так Юра  демонстрировал свой  непробиваемый мышечный щит... Из группы наших  музыкантов, поступивших в знаменитое тираспольское музыкальное училище , кроме Игоря Розеблата и Гриши Любарского, особенно выделялся своим артистизмом Саша Барбах, окончивший затем и ленинградскую консерваторию. Это был и Луи де Фюнес, и Аркадий Райкин и Чарли Чаплин в одном флаконе. Его меткие высказывания, драматические восклицания и фантастические паузы, обрамленные в удивительный взгляд и общее выражение лица, взрывали смехом любую компанию...
                        Алик Шварцман своим особым чутким отношением ко всем, приучал к интеллигентности и хорошим манерам, Саша Шофлер - к мужественности.
Серега Пелехов, будучи легендарным капитаном баскетбольной команды в спорт школе, блестящим учеником и очень светлым человеком, вызывал устойчивое подозрение, что ангелы бывают не только на небе, но и на земле. Володя Любарский учил серьезному отношению к дружбе, Аркадий Котляр - к шашкам, братья Валера и Вова Кочневы отличались удивительной простотой и доброжелательностью, Боря Коган  прекрасно пел, Гриша Фильштейн и Генка Нестоитер умели легко дружить и смешно рассказывать, Юрка Возмилов научил нас верить в мечту - стал военным летчиком, несмотря на все препятствия...На нас , старших, во все  глаза смотрели младшие. Братья Коля и Павлик Крупко - прекрасные музыканты и спортсмены, юморные - Вотя Шор и Вова Шофлер, скромняги-добряки: Ромка Финкель, Генка Майко и Сашка Мокроусов, неразлучные Сашка Куляница и Толик Бараненко...
                        Нельзя не вспомнить девчонок, украшавших наш двор нарядными платьицами, роскошными бантами и радостным звонким смехом. С ними мы играли и общались с детства , начиная  ещё с  классиков, выбивал и разнообразных карточных баталий. Оля Коваль и Марина Майко, Люда Возмилова и Таня Сокур,вечные подружки Надя Кричко и Оля Мокроусова, сестрички Оля и Рита Цинцаренские, Инна Котляр, Тоня с третьего этажа, сестры Хавкины, Ира Кабанова и ее главная подружка Таня, фамилии которой я уже не помню... Пусть простят меня те девчонки и мальчишки, которых я забыл перечислить либо неточно воспроизвел некоторые имена... Ведь, так часто бывает, что младшие гораздо лучше запоминают старших, чем наоборот...
                        Мы, конечно, разлетелись по городам и весям. Искорки дорогого Тирасполя вовсю светят своими драгоценными лучиками не только в родном городе, но в Москве и в Украине, в Израиле и в Австралии, в Германии и других Европах, в Штатах и Канаде. А все , кто вырос в то удивительно-прекрасное светлое время Любви и Доброжелательности, продолжают и продолжают усердно  излучать вокруг себя те удивительные  свойства, согревая и объединяя многие-многие Сердца...
   


Рецензии